10.
Сквозь пелену послышались звуки выстрелов, я чувствовал, как меня кто-то больно бьёт по ноге. Открыл глаза, с трудом приподнялся на локте. Повёл глазами по сторонам. Надо мной стоял человек в форме… будто бы полицейский. Он что-то кричал и отстреливался. Потом начал доходить смысл его слов:
— Поднимайся, клоун! Их слишком много.
«Клоун» — это, видимо, намёк на мой наряд. Или профессиональный сленг.
Я неуверенно встал, принялся отряхиваться.
— Ты кто, откуда и куда шёл в таком наряде и с этим посохом? – спросил полицейский, кивнув на копьё.
— Я тут работал, когда всё началось. Пять дней провёл в офисе, сейчас планировал прорваться к машине, — сказал я, оглядываясь.
Вокруг было порядка десяти мертвецов, которые приближались к нам. Полицейский, не прерывая разговора со мной, сразил в голову одного, второго, третьего, выбирая ближайших. Нежить валилась, как пустые мешки.
— Откуда ты вышел? – крикнул он.
— Из дальнего подъезда.
— У тебя есть еще вода?
Тут я увидел, что мой рюкзак раскрыт, вывернут наизнанку, а минералка перекочевала к полицейскому в карманы.
— А что? – я вдруг стал подозрительным. Он меня спасает или грабит?
— Пойдём к тебе, отдашь мне воду, еду, и, можешь считать, что вернул свой должок за спасение.
— У меня больше не осталось, — неуверенно соврал я, в то же время со страхом наблюдая за ближайшим ходячим, ковылявшим в десяти метрах от нас. Несмотря на всю ситуацию, я вдруг с удивлением обнаружил, что этот покойник очень похож официанта из ближайшего кафе. Он всегда путал заказы и был чрезвычайно навязчив.
Я растерялся и не пытался убежать. Полицейский может и выстрелить мне в спину. Воду он так не получит, но от злости, кто знает. Вдруг меткий.
— Я так не думаю, — прикрикнул бывший правоохранитель и неожиданно саданул меня по голове рукояткой пистолета. – И не шучу. Ты отдашь мне воду и еду!
От удара ноги подкосились, и я снова упал, всё затуманилось. Почувствовал, что в месте удара разливается тепло. Кровь пошла очень быстро, стала заливать правую сторону лица. Нежить от этого будто возбудилась и активизировалась. Я тяжело поднялся, повернулся и обреченно побрел обратно к подъезду. Полицейский, продолжая время от времени стрелять, шёл за мной.
— Надо в голову целиться, — сказал он будто бы мне или в воздух.
— Что происходит в городе? — кинул я вопрос за спину.
Мой вопрос проигнорировали или не услышали.
Я лихорадочно соображал, что теперь. Вряд ли он ограничится водой или едой. Обыщет, заберет батарейки. Возможно, что и убьёт меня, или захватит моё помещение, а меня выгонит на улицу.
— Зачем вам я? — спросил я его, не оборачиваясь. – И моя вода? Тут вокруг полно продуктовых магазинов. Мы могли бы вместе зайти в ближайший, и я бы вам помог донести куда надо.
— Магазины в основном разграблены, но причина не в этом. Я тебя спас, у тебя есть вода. Мне нужна вода. Зачем проходить мимо такой возможности?
Действительно. Такая возможность. Четырнадцать бутылок воды, два килограмма Гренни Смит и годовой запас батареек.
— На какой нам этаж? – спросил он, когда мы подошли к подъезду.
С головы обильно лилась кровь, капала на снег, зомби плелись следом, а также заинтересовано обернулись давешние собакоеды, которые бесцельно толклись у дома. Подъезд снова будет заблокирован.
— Не высоко, — пробормотал я.
Поднялись на площадку первого этажа, на которой находился мой офис. Я, пытаясь придумать, как выкрутиться или отсрочить появление конвоира в моём убежище, неожиданно для себя, стал подниматься выше. Тот шёл следом, играя в руках пистолетом.
Мы оказались на втором, я пошёл ещё выше.
— Далеко? – недовольно спросил он. – А что в этой квартире, — он говорил о раскрытой двери.
Я невнятно пожал плечами, продолжая шагать, и он машинально поднимался следом.
В этот момент я принял решение, резко развернулся, чего он никак не ожидал, и врезал ему ногой в грудь. Во-первых, я стоял на ступеньках выше, и ногу особо поднимать не пришлось. Во-вторых, я занимался боксом, в том числе кикбоксингом, и подобный удар был не сложен в исполнении. Я вложил в него всю свою ярость, всё разочарование, всю обиду, весь страх на творящийся кошмар, все силы. Мой расчёт частично оправдался. Полицейский влетел спиной во внутреннюю дверь, за которой толкалась семейка зомби, при этом, он случайно выстрелил в потолок. Посыпалась штукатурка. От удара дверь распахнулась, и пока он приходил в себя, они его схватили. Я видел, как на его плечи легли костлявые руки. Полицейский ошалел, истошно заорал, почувствовав липкие и холодные прикосновения к шее, плечам, и выронил пистолет, а я прыгнул на него, и, тоже крича, уже руками, коленями и головой затолкал в квартиру 24, пристанище нежити. На улице вечерело, поэтому в помещении обитал мрак. Я только мельком увидел какое-то неясное шевеление. Бывший страж порядка неистово кричал, потом захрипел, его опутали руки, а я мгновенно схватился за ручку двери и потянул её на себя, захлопнул. Крик стал приглушенным, а потом стих. Раздавались звуки копошения, чавканья. Сердце бешено колотилось. Рана на голове пульсировала, кровь почти остановилась, но я потерял её и так слишком много. Вот, как мы объединились с ходячими, чтобы очистить полицию от нечистых на руку сотрудников.
Я выдохся, устал. Закрыл и внешнюю дверь и на ослабевших ногах вернулся к себе, держась за перила, фактически полз вдоль перил. Промыл голову половиной бутылки минералки, остальное выпил. Схватил аптечку кораблестроителя, извлек оттуда зелёнку, вату, смочил вату зелёнкой, приложил к ране, сверху натянул шапку. Без сил плюхнулся в своё любимое кресло. Впал в прострацию. Смотрел на просвет над жалюзи и ни о чем не думал. Потом против воли слабо улыбнулся, подумав, что в момент, когда я ударил правоохранителя ногой в грудь, надо было крикнуть «ЭТО СПАРТА!» или типа того. Повторил это про себя ещё раз и ещё. И вдруг меня стал сотрясать смех. Истерика. Так выплескивался накопившийся стресс. «ЭТО СПАРТА!» Я схватился руками за подлокотники, чтобы не сползти от хохота под стол.
11.
Остро хотелось есть, но решил не тратить скудные припасы перед сном. Еда даст энергию, часть которой зря растратится ночью. Поэтому завернулся в одеяло и почти сразу забылся. Проснулся около 9 утра. Наступило 19 декабря. Было абсолютно темно. Гренни Смит, на которые я так рассчитывал, неприятно удивили, начав портиться. Выпил йогурт, закусив двумя бубликами, и встал вопрос о горячем. Электричества нет, поэтому ни чаю, ни сосиски я разогреть не могу… Ой, сосисок уже нет. Тогда доширак. А скоро мне и помещение надо будет отогревать. Согласно градуснику, сегодня опустилось до 3. Наверно чуть холодней, датчик градусника висит сразу за окном, куда попадает немного тепла из помещения. Внутри +15. Это меня устраивало. Я никогда не любил жару. Кроме пляжей. Там это нормально, там мы раздеваемся, купаемся. А в городе летом всегда был окружён кондиционерами и вентиляторами. Дома даже зимой у меня всегда открыто окно, и температура иногда опускалась до +10. В таких условиях холодно вставать, есть, умываться. Но зато отлично спится и думается. Под одеялом очень уютно, когда вокруг холодно, и это, пожалуй, стоит остальных страданий. Ведь сон – главное. При этом я не часто простужался. Раз или два в год. Вот ещё, кстати, задумался. Если заболит зуб, что делать? Стоматолог-то сбежал. Вырывать, как в комедиях, привязав веревкой к камню и выбросив камень в окно? И сейчас с этой раной на голове. Кровь не идёт, но не нужны ли мне какие-то швы? Или достаточно пластыря? Я потрогал рану. Ноет, но в целом нормально. В моей машине есть две аптечки, это надо иметь в виду. У первой вышел срок годности, и для техосмотра я купил вторую. Но старая даже не была распакована.
Надо заняться теплом. У меня есть внутренний, мобильный кондиционер. Вряд ли он мне когда-нибудь ещё пригодится. У него имеется двухметровая гофрированная гибкая труба для вывода теплого воздуха. Через трубу можно также выводить дым. Или она не рассчитана на это и начнёт плавится? Не узнаешь, пока не попробуешь. Теперь надо поискать железный корпус. А жечь буду офисную мебель.
Взял фонарик и направился изучать, из чего можно сделать нишу. Можно было бы использовать полукруглый корпус кондиционера, но он пластиковый – не годится. Маленькое пятно света выхватывало отдельные знакомые детали обстановки. Но сейчас они все резко поменяли своё предназначение. Изысканная финская мебель и книги стали топливом. Есть ещё пара старых, не плазменных мониторов, они превратятся в снаряды, которые я буду метать во врагов с крыши. Дурацкие фарфоровые статуэтки, выставленные на шкафу коллег, тоже можно метать. Иду на кухню, проверяю воду: течёт уже еле-еле. Очевидно, что осталось только то, что находится в водопроводной трубе до верхнего этажа. Вот еще одно преимущество первого этажа – сверху уже воды нет давно. Подумал, что ещё есть вода в трубах отопления. Хотя я не знаю, питьевая ли она. В загородных домах, слышал, часто используют для труб отопления тосол. Или антифриз, не помню. Или это одно и то же. Я не очень на ты с техникой вообще.
Вода закончилась, значит, мне не пригодится кухонная раковина. А она как раз металлическая. А точно ли не пригодится? В ней удобно что-то разделывать или мыть… Ладно, на этот случай есть раковина в туалете. Но почему я постоянно думаю, что это на долго? Вдруг меня завтра спасут? Или вирус будет побеждён, как была побеждена испанка в прошлом или чума в средние века, хотя и выкосила половину населения Европы. Раковину можно приспособить под очаг, но как её вырвать? Это будет не просто, судя по фундаментальности конструкции. Зашёл в туалет посмотреть раковину там. Она мраморная или типа того. Весит наверно килограмм 20. К тому же не глубокая в отличие от кухонной. Вернулся на кухню. Тут два холодильника. Один старый, встроен в панель рядом с раковиной. Его не стали выбрасывать, когда купили новый, потому что тогда пришлось бы менять всю интерьерную группу. Я так понимаю, что корпусы холодильников металлические. Внутренности СВЧ, стоящей на холодильнике, также. Повожу фонариком вокруг: нет ли чего другого подходящего? Что ж, буду вырывать внутренности печки. Но решил еще осмотреться. Вышел из кухни, повернул направо, в дальнюю, относительно моего кабинета с диваном, часть. Ого, у барахольщиков есть механическая печатная машинка. Она мне пригодится, как только выдастся минутка, начать писать мемуары. Взгляд упал на компьютер. Вот оно! У компьютера металлический корпус. Тонкий, легко гнётся. Твори хоть сферический очаг, хоть трапецеидальный. Компьютеров тут много, это же офис, но до сих пор мне не приходило в голову использовать их по-новому.
Я отсоединил все провода с задней части, сходил за отвёрткой. Из окна просачивалось достаточно света, чтобы скрутить металлический кожух. Потом вынес напольный кондиционер из своего кабинета, поскольку он занимал много места. В этом углу, ближнем к окну, я организую печь. На полу ковролин, под ним – бетон. На стене обои, за ними также бетон. Тем не менее, надо как-то изолировать пол и стену. Даже если ничего не загорится, ковролин будет тлеть, не давая мне дышать. Выломать кусок двери для прокладки? Загорится. Вырезал часть ковролина. Интересно, а можно в качестве прокладки использовать стекло? Оно наверно треснет, но будет перераспределять жар.
Можно ли разжечь огонь бухгалтерскими отчётами? Я в этом не силён, не знаю, за какой год их надо хранить. Воспользуюсь пока плохими книгами. У меня тут есть «Гибель Богов 2» Ника Перумова, откровенно слабый роман, который я начал читать и бросил.
12.
Выставил один из концов гофрированного шланга в верхнюю форточку. Самым сложным было выпилить в металлическом компьютерном кожухе дырку для другого конца шланга. К стене прислонил стеклянную дверцу витринного шкафа. Всё готово. Так как я бросил курить, потребности в зажигалках тоже не было. Но одна у меня завалялась. Газа там достаточно. К тому же, всем известно, что зажигалки постоянно теряются. Значит, я найду еще парочку, если поискать. Вообще, я найду много удивительного и неожиданного за столами и шкафами и буду благодарить себя и коллег из прошлого – рассеянных и забывчивых. Разобрал один из столов для топлива, но встал перед проблемой – как разрезать все его компоненты на дрова. Материал очень крепкий. Решил пока не придумывать, а выломать несколько метров плинтуса. Оторвал десяток страниц книги. За всем этим пришёл вечер. Как мыть руки без воды? Если я заказывал доставку еды, я почти никогда не выкидывал ненужные мне аксессуары, которые вкладывают заведения. А ещё обзываю соседей барахольщиками… У меня даже был специальный ящик стола, набитый одноразовыми столовыми приборами (многие службы доставки вкладывают больше, чем на одного человека), зубочистками, японскими палочками… Имелись там и влажные салфетки. Самые старые, вероятно, высохли, но большинство еще можно использовать. Одной из них я экономно протёр руки. За этими занятиями незаметно пролетело 19 декабря. Я весь день что-то мастерил, выпиливал, поэтому уже не было сил проверять свое творение, к тому же, лучше делать это при свете дня на всякий случай. Поэтому я быстро разделся и лёг. Перед тем, как провалиться в сон, подумал, что надо будет провести полную инвентаризацию. Офис – 100 квадратных метров. Я даже точно не знал, что находится в моём кабинете, не говоря уж о других. Следует продумать, составить список всего, что может пригодится: топливо, оружие, еда. Всё рассортировать по кучкам. Возможно, у кого-то завалялись консервы. Может даже у меня.
13.
Все эти сутки полноценно умывался на кухне. Я экономно смачивал водой, которую набрал в первый день, одну из своих футболок, капал на неё гель для душа, и протирал себя. Эту воду я не пил. Капли и струйки лились на пол, но кого я мог залить? Подвал? Потом эту футболку сушил. У меня был запасной флакон геля, и я подозревал, что где-то должен быть еще один. Было два тюбика зубной пасты. Когда-то давно стоматолог посоветовал мне не полоскать рот после чистки зубов. Чтобы не вымывать все целебные компоненты зубной пасты. Я, конечно, сначала удивился. Это фактически переворачивало всё, к чему я привык из мира зубной гигиены. Но полоскать перестал. Так что я уже много лет не тратил на это воду. Еще у меня был шампунь, и он заканчивался, но я уверен, что ничего страшного, если потом я буду мыть голову гелем для душа. Полиция моды, по крайней мере, не арестует. И да, нашёл 7 тюбиков увлажняющего средства после бритья причём разных брендов! В общем, в достаточно неудобных условиях, я, тем не менее, соблюдал гигиену и, пока есть вода, не испытывал в этом плане дискомфорта. Вода будет как минимум до конца зимы. А случалось и такое, что засидишься в офисе дня два, и пару раз пропотеешь от чая, и чувствуешь себя грязным и стремишься домой или в спортзал принять душ.
В эти дни я не чувствовал себя грязным.
Проснувшись во второй половине дня, 20 декабря, я остро захотел кофе. Как-то я писал в Твиттере, что «сюрприз, кофейная зависимость – миф». Я не пил кофе три дня и не хотел. В принципе, меня кофе не бодрит, но я считаю этот напиток хорошим плацебо. Я знаю, что вкус будет горчить, я вообще не люблю вкус кофе – только запах. Но вот захотел и всё тут! Тем более, не терпелось проверить печку. Плинтус, бумага, зажигалка – всё наготове. На кухне есть металлическая кастрюля. Я осторожно открыл окно и сгрёб несколько охапок свежего снега с карниза. Как пристроить кастрюлю над огнём? На выручку пришли офисные лампы на шарнирных стойках, прикручивающиеся к столу. Я развел огонь, снял колпак с самой лампой, привинтил пантограф к стенной фальш-панели, закрывающей батарею. Подвесил кастрюлю со снегом над огнём. Все держалось и работало просто отлично, пока кусок с фаль-панелью не отломался. Кастрюля рухнула в очаг и снег потушил пламя. Я чертыхнулся и снова отправился на поиски. Не пришло ничего лучше, как куском плинтуса подпереть эту конструкцию с другой стороны. Вроде держится. Вспомнил, как найденный на фриленсерском сайте парень, который делал мне неббольшой офисный ремонт, в доказательство, что подвешшенная полка держится прочно, схватился за неё и поджал ноги. Он казался щуплым и не тяжёлым, тем не менее у меня тогда сердце замерло. Так что проверять кастрюлное крепление таким образом я не собирался. С ним была ещё забавная ситуация, когда по завершению работ он сказал неожиданно на французском «Сэ ту?» (это всё?). Я не растерялся и мгновенно выпалил «уи!» (да). Когда я путешествовал по Канаде, я упомянул про этот случай хозяйке арендной квартиры во франкоязычном Квебеке, и мы вместе посмеялись.
Несмотря на сильный голод и ноющую рану на голове, настроение улучшилось. Под кофе подойдут бублики. Съем, пожалуй, две штуки и доширак. Дым в комнату почти не просачивался – всё уходило в трубу. Вода закипела, я налил часть в чашку, остальное – в коробку доширака.
Пил кофе, заедая бубликами, и смотрел на пульсирующие угли гаснущего очага, которые недавно были плинтусом. После ел доширак, вылил оттуда жидкость, и заправил, не жалея, кетчупом. Пожалуй, слишком много кетчупа. Внутри разливалось тепло от горячей еды и, в особенности, острого Чили, а еще удовлетворение от проделанной работы. Я чувствовал себя первобытным человеком, открывшим огонь.
После этой операции меня разморило, и я решил прилечь. Начал проваливаться в сон и вроде бы проспал около часа, как вдруг услышал скрип шагов по снегу и тихие голоса за окном. Я почему-то пропотел, интуитивно испугавшись, и мгновенно пришёл в себя. Сонливость сразу улетучилась. Бесшумно и почти машинально взлетел на подоконник прислушиваясь, но не выглядывая и не высовываясь:
— Ну где же он? – донёсся один из голосов.
— Он точно шёл отсюда.
«Кого они ищут??? Кто шёл???»
— Я ничего не вижу. Если тут где-то и был дым, то сейчас ничего нет.
«Дым!!! Как я не подумал! Мой дым выходил в окно, будто я стрелял сигнальными ракетами, приглашая непрошеных гостей!!! Надо продумать вывод дыма в вентиляцию или к зомбакам сверху, если каким-то образом проделать отверстие в потолке!»
— Ладно, пошли отсюда. Вокруг полно ходячих. Небезопасно.
— Подожди, подожди. Смотри на этот карниз.
— И что?
— Отсюда сгребли часть снега! Здесь кто-то живёт!
Я страшно занервничал, в ушах застучала кровь.